Hlopa
вытащила из закрытого дневника)

это будет в апреле, во вторник
я поставлю стул на подоконник
и в открытую форточку брошу
свою непосильную ношу

это будет в корее, в сеуле
в городе похожем на улей
я вспомню коралловые рифы
и я... не знаю подходящей рифмы

это будет глубокой ночью. или утром?
я куплю коробку сахарной пудры
и рассыплю над городом - пусть не нашем
ведь любовь не делает жизнь слаще
. . .
это будет во вторник, в апреле
я себя потеряю в снежной метели
и закрою глаза и когда досчитаю до трех
я забуду тебя и на этом закончится все

...

знаешь, я не сильно и скучаю
что бы кто тебе ни нагадал
я не знаю, что ты видел в _чае_
или в отражениях зеркал

я живу спокойно и без стрессов
соблюдаю распорядок дня
я в метро читаю (чехов)
и не пью глинтвейн по вечерам

ежедневно занимаюсь йогой
не рисую, иногда пишу стихи
я сегодня выглядела в тоге
словно греческая статуя зимы

...

когда я умерла, мне было тридцать,
ему - чуть больше сорока пять
вся жизнь моя - три тысячи и три страницы -
равна по сути его ста пяти

когда мне было десять, он был старым -
ему в тот год пробило сорок три
весь вечер он пел песни под гитару
а я читала первые стихи

зимой той я встречала юность
в свои шестнадцать я была мила
я, кажется, задела его сердца струны
полгода я с ним прожила

потома сбежала в лондон на учебу
и около семи проклятых лет
я думала о том, что он там, дома
к себе заманивает новых дев

мне было двадцать пять, ему сорок четыре
(он говорил, что не спеша живет)
а я вернуась взрослой и разбитой
в постели горяча а в жизни лёд

а через пять сомнительно счастливых лет
я умерла - сумела застрелиться
я написала на стене: Привет!
Мы просто не сошлись в страницах!